No Image

По минованию надобности просим вернуть

СОДЕРЖАНИЕ
104 просмотров
16 ноября 2019

Эта карточка была приложением к материалам, поступившим из полиции по 116 УК РФ,однако после декриминализации статьи материалы не понадобились. Сами материалы были отправлены в отдел полиции. Права ли мировая судья, изъяв приложение-карточку травматика, и отдельно направив её в ТМО по МИНОВЕНИЮ НАДОБНОСТИ, или это должны сделать полицейские, направлявшие материал в мировой суд?

Обращение Председателя Комиссии по литературному наследию О.Э. Мандельштама при СП СССР Р.И. Рождественского от 14 июля 1987 года к Генеральному Прокурору СССР A.M. Рекункову с просьбой выяснения судьбы архива поэта, изъятого при аресте

Союз Писателей СССР

121825 Москва, ул. Воровского, 52 Тел. 291–63–07

Генеральному Прокурору СССР тов. Рекункову A.M.

Уважаемый Александр Михайлович!

В 1991 году исполняется сто лет со дня рождения прекрасного русского советского поэта Осипа Эмильевича Мандельштама. И я обращаюсь к Вам от имени не так давно созданной Комиссии по литературному наследию О.Э. Мандельштама при СП СССР.

Наша просьба состоит вот в чем: нельзя ли выяснить судьбу архива поэта, изъятого при его аресте 19 мая 1934 года? После Двадцатого Съезда КПСС О.Э. Мандельштам был посмертно реабилитирован, однако дальнейшая судьба его изъятых рукописей до сих пор никому не известна.

Возвращение этих материалов, их тщательное изучение было бы крайне важно для нашей культуры, тем более, что к столетнему юбилею поэта в ряде издательств готовятся к печати его книги, в том числе и второе издание лирики в популярной серии «Библиотека поэта».

Мы надеемся на Вашу помощь, Александр Михайлович, и желаем Вам всего самого доброго.

С уважением, Р. Рождественский Р. Рождественский

Секретарь Союза писателей СССР

Председатель Комиссии по литнаследию

О.Э. Мандельштама при СП СССР

ГАРФ. Ф. Р-8131. Оп. 33. Д. 66629. Л. 44. Оригинал (практически идентичный обращению от 11.3.1987). Машинопись. Штамп внизу: «Прокуратура СССР. 15.7.87. Подпись». Помета неустановленного лица (черные чернила): «т. Рождественскому Р.И. сообщено по телефону, что Верховным Судом СССР 28.10.87 Мандельштам О.Э. полностью реабилитирован. Подпись. 29.10.87».

Именно на втором обращении Рождественского со временем и была сделана отметка о реабилитации как о состоявшемся факте, а главное – начиная с 13 июля (то есть даже не дожидаясь второго письма из Комиссии!) Прокуратура и КГБ приступили к непосредственным действиям по подготовке реабилитации О.М. Работа эта была поручена как минимум двум исполнителям – старшему следователю Следственного отдела КГБ майору юстиции Д.А. Панфилову и помощнику начальника Следственного отдела КГБ СССР полковник юстиции К.Г. Насонову.

Панфилов в первую очередь занялся самообразованием и ознакомился со статьями об О.М. в «Советском энциклопедическом словаре» и с предисловием А. Дымшица в «Библиотеке поэта», а также с Уголовным кодексом РСФСР, принятым 2-й сессией ВЦИК XII созыва и введенным в действие Постановлением ВЦИК 22 ноября 1926 года – начиная с 1 января 1927 года. Вот почерпнутая из него формулировка статьи 58.10 с комментариями:

Статья 58.10. Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений (ст.ст. 58.2–58.9 настоящего Кодекса), а равно распространение или изготовление или хранение литературы того же содержания, влекут за собой —

– лишение свободы на срок не менее шести месяцев.

Те же действия при массовых волнениях, или с использованием религиозных или национальных предрассудков масс, или в военной обстановке, или в местностях, объявленных на военном положении, влекут за собою —

– меры социальной защиты, указанные в ст. 58.2 настоящего Кодекса.

Постатейные материалы к статье 58.10

§ 1. Обратить внимание судов на абсолютную недопустимость расширительного применения ст. 58.10 УК. По ст.5810 УК должны квалифицироваться лишь действия, содержащие в себе прямые признаки, предусмотренные этой статьей и носящие контрреволюционный характер.

(Пост‹ановление› Пленума Верховного Суда РСФСР 16 декабря 1930, пр. № 16)[856] .

Но этого, разумеется, было недостаточно. При рассмотрении вопроса о реабилитации О.М. необходимо было учесть и книги его вдовы. Поэтому отдельного рассказа заслуживает трогательная история ознакомления следователей с этими опасными объектами. Помощник начальника следственного Отдела КГБ СССР подполковник А.Г. Губинский обратился к начальнику отдела Управления КГБ СССР полковнику Р.Е. Рыбину со следующей просьбой:

Согласно Информационного Бюллетеня Управления КГБ СССР № 5 1982, на Западе изданы книги супруги поэта – Мандельштам Н.Я. – «Воспоминания» и «Вторая книга».

На основании изложенного прошу Вашего указания проверить и сообщить в Следственный отдел КГБ СССР о наличии данных книг в отделе Управления КГБ СССР и в положительном случае направить их в наш адрес для проведения следственного осмотра.

По миновении надобности книги будут Вам возвращены.[857]

Читайте также:  Техник по учету должностная инструкция

12 августа, после того как необходимые указания были получены и формальности соблюдены[858], состоялся собственно сеанс осмотра Панфиловым книг писательницы: начавшись в 9 утра, он закончился в 17.30[859]. При осмотре присутствовали двое понятых, которым было разъяснено их «предусмотренное ст. 135 УПК РСФСР право делать замечания, подлежащие занесению в протокол, и обязанность удостоверить факт, содержание и результаты осмотра». На ознакомление с самим делом О.М. (архивно-учетное дело № Р-13864), состоявшееся 21 августа, потребовалось всего два часа – от 9 до 11 утра[860].

Чекисты, видимо, ничего нового для себя из книг Н.М. не узнали. Поэтому к собственно следственным и розыскным действиям они приступили первыми и времени не теряли. Для начала они проверили «своих». 13 июля помощник начальника Следственного отдела КГБ СССР полковник юстиции К.Г. Насонов направил Начальнику отдела Управления кадров КГБ СССР полковнику В.П. Колесникову запрос № 15667:

В расследовании наст‹оящего› уголовного дела в 1934 году принимали участие сотрудники 4 отд‹еления› СПО ОГПУ – Шиваров, Герасимов и Вепринцев (других данных в деле не имеется).

В связи с изложенным просим Вашего указания проверить и сообщить, не располагает ли Управление кадров КГБ СССР сведениями о нарушении указанными лицами соц‹иалистической› законности, а также установочные данные на них.[861]

Ответ пришел через две с половиной недели – 30 июля 1987 года – из Центрально-оперативного архива КГБ. Начальник этого архива полковник Н.К. Грищенко сообщал, что «сведений о нарушении соц-законности Шиваровым Н.Х. и Вепринцевым С.Н. в материалах б‹ывшей› Особой инспекции УК КГБ СССР не имеется»[862], а «проверить Герасимова без дополнительных установочных данных не представляется возможным»[863].

На отдельном формуляре была заполнена, в соответствии с запросом, следующая справка:

1. Шиваров Николай Христофорович, 1898 года рождения, урож. г. Пещеры (Болгария), на 1934 г. – оперуполномоч‹енный› 4 отделения СПО ГУГБ НКВД, на 1935 – ст. лейт‹енант› госбезопасности, на 1937 – зам. нач‹альника› 4 отдела НКВД Свердловской области, приказом НКВД СССР № 1961 от 21.10.1937 уволен по ст. 38, п. «в».

2. Вепринцев Сергей Николаевич, 1893 г. р., уроженец Москвы, на 1934 – уполномоченный 4 отделения н/шт[864] СПО ГУГБ НКВД, 1937 – лей-т ГБ, приказом № 315 от 21.‹…›.1939 уволен по ст. 38, п. «в». Последнее место службы на 1939 г. – уполномоченный по н/шт СПО ГУГБ НКВД.[865]

В тот же день – 13 июля – Насонов обратился и во все региональные управления КГБ СССР, к которым О.М. имел или мог иметь хоть какое-то касательство. Так, запрос в Воронеж выглядел так:

Из материалов уголовного дела усматривается, что после отбытия наказания до 1938 г. Мандельштам О.Э. проживал в гор. Воронеже.

В связи с изложенным прошу Вашего указания проверить и сообщить, не располагает ли отделение Управления КГБ СССР по Воронежской обл. архивными материалами в отношении Мандельштама О.Э., и в положительном случае направить их в наш адрес.

По миновании надобности материалы будут Вам возвращены.[866]

23 июля Воронеж уже ответил: «Направляем вам спецпроверку УКГБ–УВД по Воронежской области в отношении Мандельштама О.Э. Материалов в Управлении на него не имеется. 23 июля 1987». К ответу была приложена справка за подписью начальника спецгруппы подполковника Ф.Ф. Соловьева: «Есть Иосиф Эмильевич, 1891, о/с [867] при Кол‹легии› ОГПУ 10/6 34: лишен права проживания в Московской, Ленинградской областях, Киеве, Одессе, Ростове, Пятигорске, Минске, Тбилиси, Баку, Харькове, Хабаровске и Свердловске на оставшийся срок без прикрепления. От регистрации освобожден»[868] (кстати, то обстоятельство, что О.М. в ссылке был официально освобожден от регистрации, ранее не было известно, – по существу, в сочетании с предоставленным О.М. в Чердыни правом выбора по своему усмотрению города дальнейшего отбывания ссылки, это не что иное как замена ссылки высылкой, то есть серьезное смягчение режима).

Из Перми ответили, что «УКГБ СССР по Пермской области архивными материалами в отношении Мандельштама О.Э. не располагает. По ИЦ[869] УВД Пермского облисполкома в отношении его сведений также нет»[870].

Читайте также:  Товарищество на вере кусков и компания

То же – из Чебоксар: «В отношении Мандельштам О.Э. Сообщаем, что Мандельштам О.Э. по учетам группы КГБ Чувашской АССР не проходит, архивными материалами на него не располагаем»[871].

Не будет преуменьшением сказать, что запросы в регионы ничего ценного не принесли (кстати, точно такие же – нулевые – результаты дали и усилия, предпринятые в 2006 году, уже по нашей просьбе. И ЦА ФСБ, и ЦА МВД разослали тогда запросы в свои Пермское и Воронежское областные управления о возможном наличии у них оперативных или иных материалов об О.Э. Мандельштаме. Письма, полученные из этих управлений летом 2006 года, содержали только отрицательные ответы).

Тем значимее и желаннее для следствия становились те, кто непосредственно знал О.М. и могли бы подтвердить или опровергнуть то или иное обвинение.

Но в 1987 году оставалось уже не так много таких людей: но кто именно и к кому обратиться?

В письме начальника следственного отдела КГБ СССР Л.И. Баркова[872] начальнику Управления КГБ СССР генерал-лейтенанту И.П. Абрамову от 27 июля 1987 года сквозит даже легкая растерянность по этому поводу:

По делу сам Мандельштам допрашивался дважды. Свидетельских показаний в материалах дела не имеется. Родственники Мандельштама умерли. Судьба знавших его лично людей не известна. В этой связи в настоящее время сделать вывод об авторстве и виновности Мандельштама О.Э. в составлении и распространении инкриминируемых ему в 1934 г. стихотворений затруднительно. ‹…›

На основании изложенного прошу Вашего указания об установлении лиц, знавших Мандельштама по совместной творческой деятельности, изучающих его наследие, которых можно было бы допросить в качестве свидетелей по интересующим следствие вопросам.[873]

Немного успокоил его ответ заместителя начальника Управления генерал-майор Ю.В. Денисова от 14 августа 1987 года:

Сообщаем, что в январе 1986 года Правление ССП создало Комиссию по литературно-творческому наследию О. Мандельштама, в состав которой вошли следующие писатели ‹перечислены›.

Кроме того, для решения организационных вопросов в Комиссию включены Андрианова О.В., Нерлер П.М. (отв. секретарь) и Штемпель Н.Е.

По информации Рождественского, из числа членов Комиссии близко знал

О. Мандельштама только Каверин Вениамин Александрович, 1902 г. р. Однако в силу его преклонного возраста проведение беседы с ним затруднено.

Выяснено также, что отдельные встречи с Мандельштамом имели московский драматург Прут Иосиф Леонидович и ленинградский историк Гумилев Лев Николаевич.

Для сведения сообщаем, что зам. директора ЦГАЛИ Сиротинская Ираида Павловна привлекалась в 1984 г. Управлением КГБ СССР для оценки отдельных архивных материалов Мандельштама.[874]

Одновременно Панфилов направил в Центральное адресное бюро Управления милиции г. Москвы несколько запросов относительно актуальных адресов лиц, упоминаемых в следственных делах[875].

Эти запросы принесли несколько удивительный результат: среди тех, чьи имена и адреса не значились в картотеке милиции, были как умершие к тому времени М.С. Петровых, Е.Я. Хазин, А.Э. Мандельштам, Е.Э. Мандельштам и В.И. Нарбут, так и здравствовавшая Э.Г. Герштейн. Вместо Б.С. Кузина отыскался его полный однофамилец, но 1945 года рождения и проживавший в Серпухове. По поводу Н.Я. Мандельштам было получено даже два ответа (второй из Дирекции по эксплуатации зданий № 3 Севастопольского района г. Москвы): они содержали адрес ее кооперативной квартиры на Большой Черемушкинской, а также дату прописки – с 13 декабря 1965 года (данные на апрель 1978 года). Не было адресных сведений и о двух чекистах, представлявших в деле Мандельштама ОГПУ, – ни о Сергее Николаевиче Вепринцеве, арестовывавшем поэта, ни о Николае Христофоровиче Шиварове, допрашивавшем его.

Тогда Панфилов обратился к трем экспертам, хорошо, как ему представлялось, знавши Мандельштама: двум москвичам – писателю Вениамину Каверину и драматургу Иосифу Пруту и одному ленинградцу – историку Льву Гумилеву[876]. Первые двое представили свои письменные отзывы, датированные 13 и 14 июля, а Гумилев дал свой отзыв во время устной беседы с Панфиловым (строго и формально говоря – допроса[877]).

Так уж сложилось, что именно в это время Гумилев был не в Ленинграде, а в Москве, где его уже искали, да еще и со статьей 127 Уголовно-процессуального кодекса!

Все представленные сторонами документы и иные доказательства хранятся в материалах дела и после вынесения решения, поэтому только ходатайство о возврате доказательств из дела позволит получить их обратно для дальнейшего использования. Ведь письменное соглашение об уплате алиментов, к примеру, само по себе является исполнительным документом и родитель использует его до достижения ребенком 18 лет. И если оно было представлено в суд, именно ходатайство о возврате доказательств из дела позволит вернуть документ.

Читайте также:  Растянулась золотая цепочка что делать

По общему правилу, доказательства по гражданскому делу могут быть возвращены только после вступления решения суда в законную силу, в том числе с учетом апелляционного обжалования. До истечения указанного временного промежутка доказательства возвращаются только в исключительных случаях при признании судом такой острой необходимости и при наличии соответствующего обоснования в тексте заявления.

Прочтите размещенные нами рекомендации и изучите пример ходатайства. Образец может быть использован для подготовки своего обращения в суд, а дополнительные вопросы можно задать дежурному юристу сайта.

Ходатайство о возврате доказательств из дела

Пример ходатайства о возврате доказательств из дела

Ходатайство о возврате доказательств из суда

Решением Новоусманского районного суда Воронежской области от 17.09.2022 г. по заявлению Когорской М.В. об установлении факта нахождения на иждивении Аносова Петра Константиновича в целях назначения пенсии по потере кормильца, вышеуказанное заявление удовлетворено.

В материалы гражданского дела № 2-921/2022 приобщен оригинал заключения медико-социальной экспертизы (ходатайство о приобщении доказательств от 05.08.2022 г.), а на основании ходатайства о дополнительных доказательствах по рекомендации судьи приобщена также амбулаторная карта Когорской М.В.

В соответствии со ст. 72 ГПК РФ доказательства могут быть возвращены стороне, предоставившей ее, на основании заявления. Амбулаторная карта необходима для получения мною медицинской помощи, в которой по состоянию здоровья я нуждаюсь, состою на учете невролога Новоусманской районной больницы с режимом посещения еженедельно. Несмотря на то, что решение суда по состоянию на дату обращения с настоящим ходатайством в законную силу не вступило, возврат амбулаторной карты необходим для обеспечения конституционного права на получение квалифицированной медицинской помощи. Которая возможна только с учетом общего состояния здоровья, отраженного в амбулаторной карте пациента.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 72 ГПК РФ,

  1. Выдать из материалов гражданского дела № 2-921/2022 об установлении факта нахождения на иждивении по заявлению Когорской М.В. амбулаторную карту заявителя, а также заключение МСЭ.

25.09.2022 г. М.В. Когорская

Как составить ходатайство о возврате доказательств из дела после вступления решения суда в законную силу

Такой документ самостоятельно подготовить совсем несложно. Если ходатайство о возврате доказательств из дела подается после вступления в силу решения суда, то причины возврата доказательства указывать совсем необязательно. Суду достаточно будет письменного обращения с соответствующей просьбой. В этом случае ходатайство должно содержать:

  • наименование суда, который рассмотрел дело;
  • наименование заявителя;
  • реквизиты (номер) гражданского дела, его стороны, сущность исковых требований;
  • на основании чего доказательство было приобщено к материалам дела (вместе с подачей искового заявления, на основании ходатайства о приобщении документов, о дополнительных доказательствах и т.п.);
  • просьбу выдать доказательство заявителю.

Возвращен подлинник доказательства может быть только тому лицу, которое по правилам ст. 56 ГПК РФ его предъявило в суд. В случае получения их путем истребования доказательств судом, на основании судебного поручения – они остаются в материалах гражданского дела.

Если гражданское дело рассматривалось в апелляционной инстанции на основании апелляционной жалобы, возврат доказательств происходит судом первой инстанции (именно там хранится гражданское дело). Это правило распространяется и в случае приобщения доказательств путем ходатайства о доказательствах в апелляции – заявление о возврате все равно подается в суд первой инстанции.

Составление ходатайства о возврате доказательств из дела до вступления решения суда в законную силу

Когда не истек срок апелляционного обжалования, доказательства возвращаются только в исключительных случаях. Поэтому ходатайство, помимо перечисленных выше сведений, обязательно должно содержать причины, по которым суд должен вернуть оригиналы документов заявителю. Это может быть использование документов в повседневной жизни, при этом в отсутствие которых заявитель не сможет обеспечить выполнение своих обязанностей или соблюдения его прав.

Суд может отказать в выдаче доказательства до вступления решения суда в силу, поэтому причины возврата следует аргументировать убедительно, со ссылками на нормативно-правовые акты. Другого шанса убедить судью, кроме как в письменном документе, не будет. Так как такой документ рассматривается только судом.

На отказ удовлетворить ходатайство не может быть подана частная жалоба. И, разумеется, если ходатайство о возврате доказательств из дела будет удовлетворено, заявитель должен постараться обеспечить его сохранность вступления решения суда в законную силу.

Комментировать
104 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
No Image Юридические советы
0 комментариев
No Image Юридические советы
0 комментариев
No Image Юридические советы
0 комментариев
No Image Юридические советы
0 комментариев
Adblock detector